Главная

     Конкурс 1

     Конкурс 2

     Мастер

     Вход

     Жюри

     Разминка

     Регистрация

     Новости

     Положение

     Оргкомитет

     ЖЖ

     Партнеры

     Линки

     Контакты

Рейтинг@Mail.ru


 

На Луну!

Ироничный

На Луну!

    НА ЛУНУ!
    
    Петр старательно протирал влажной тряпкой модную, дорогую мебель. Не то что бы стеллаж для книг, комод и либерийская стенка изрядно запылились, просто неподалеку маячила его законная половина и напряженно наблюдала, с нужным ли старанием супруг прибирается по дому. Петр покосился на жену, поймал её недовольный взгляд и, высунув язык, с удвоенным усердием принялся за уборку.
    - И стереосистему протри, - сварливо пробурчала жена.
    Петр кротко кивнул.
    - Протру Лидочка, протру.
    Убедившись, что супруг занят работой и, судя по всему, не собирается сбегать из дому к друзьям, Лида направилась к выходу из гостиной. По пути она сладко зевнула, поправила ладонью слега сбившуюся прическу и, причмокнув губами, вышла в коридор.
    
    Петр, воровато подкрался к двери и, убедившись, что супруга ушла в спальню, вытащил из кармана мобильный. На неделю у него был определен лимит в пять исходящих звонков, каждый продолжительностью не более двух с половиной минут. Петр израсходовал всего три. Накануне, придя с работы, Лидия просматривала его звонки и, убедившись, что все они были адресованы либо ей, либо дочери, довольно улыбнулась. И даже разрешила мужу в следующую неделю принимать исходящие звонки не только с её, но и с других аппаратов. Петр, несколько раз ошибившись в цифрах, дрожащими пальцами набрал длинный номер Санька. В памяти телефон друга сохранен не был, супруга относилась к этому очень щепетильно. Петр вспомнил, как полгода назад, когда Лидия подарила ему этот дорогой аппарат, то недвусмысленно намекнула:
    - Увижу, чужой номер в адресной книжке, вообще на месяц под домашний арест посажу!
    Петр в ответ только кивнул, огромным усилием воли подавив едва не вырвавшийся из груди тягостный вздох.
    Но сейчас наступил тот самый день, когда решалась вся его дальнейшая жизнь. Судьбоносный день – по-другому и не скажешь. Причем не только для Петра, но и для Санька, Васьки и Семен Семеныча.
    - Пропылесосить не забудь! – раздался из глубины дома голос жены.
    Петр, дернулся было, порываясь спрятать телефон в карман, но прислушавшись, убедился, что супруга в гостиную возвращаться не собирается и, облегченно вздохнув, приблизил телефон к уху.
    - Санёк! Привет, – зашептал Петр в трубку, то и дело, косясь глазами на дверь.
    В аппарате раздался сдавленный хрип, заглушаемый сильной музыкой.
    - Привет, - чуть громче повторил Петр.
    От напряжения у него взмокли ладони, а ставшие вдруг ватными ноги предательски задрожали.
    - Через полчаса у Семеныча, - наконец раздался в трубке едва слышный голос Санька.
    - Что у тебя так музыка орет? – шепотом спросил Петр, не сводя взгляда с двери.
    - Жена, под музыку штангу тягает, - прохрипел Санек. – Все пока!
    
    Петр отключил телефон. Действовать надо было быстро и в то же время не вызывая никаких подозрений у супруги. На цыпочках прокравшись в коридор, Петр заглянул в открытую дверь спальни – никого. Тогда он аккуратно прошел мимо рабочего кабинета Лидии. Так и есть! Жена сидела за компьютером и, не замечая ничего вокруг, подбивала годовой финансовый отчет корпорации. «Ничего, - промелькнуло в голове Петра, - обеднеет скоро ваша корпорация на пару миллионов кредитов». Ужаснувшись этой мысли, узнав которую супруга запросто бы прибила благоверного, Петр взял себя в руки.
    
    Дверь, ведущая в кухню, предательски скрипнула. Тотчас же из кабинета раздался голос Лидии.
    - Ты куда?
    - Ведро вынесу, - как можно хладнокровнее ответил Петр.
    - Не задерживайся, - произнесла жена и снова заклацала клавиатурой.
    
    Схватив ведро, Петр прокрался к сейфу. Ввел код, открыл дверцу и восхищенно уставился на пачки купюр. Аккуратно, стараясь не шуметь, Петр вытащил из сейфа несколько туго стянутых кредитных пачек, засунул их в ведро с мусором и, насвистывая, направился к выходу.
    - Не свисти, денег не будет, - раздраженно прикрикнула из кабинета Лидия.
    Петр ухмыльнулся.
    - Ты, как всегда права, - шепотом сострил он и вышел из дому.
    
    Пройдя мимо мусорного бака, Петр свернул за дом и, пригнувшись, прошел мимо окна. В два прыжка добрался до забора, подставил заранее припрятанный в кустах ящик, забрался на него, бросил прощальный взгляд на дом и перемахнул на улицу.
    
    ***
    
    Солнце ярко светило в глаза, тополя, раскинув усыпанные пухом ветви, одобрительно шумели листвой, даже назойливые воробьи радовали глаз. Петр улыбнулся. Мечтательно поднял глаза в небо и, щурясь от солнечного света, тщетно пытался разглядеть за кучевыми облаками далекий космос. Захотелось курить. Непонятно с чего, ведь последний раз он баловался сигаретами еще до женитьбы. Петр огляделся, увидев идущую навстречу девушку, он робко шагнул в ее сторону.
    - Извините, у вас закурить не найдется?
    Девушка остановилась. Высокомерно оглядела Петра с ног до головы. Вытащила из кармана пачку.
    - Мужчина и курит, - брезгливо протянула она, протягивая Петру сигарету.
    Под пристальным, оценивающим взором девушки, Петр прикурил и на секунду закашлялся.
    - Женат? – иронично поинтересовалась девушка.
    - Нет, - испуганно ответил Петр, неумело крутя в руках дымящуюся сигарету.
    - Тогда может ко мне?
    Девушка подмигнула и неожиданно ухватила Петра за ягодицу. Петр вспыхнул.
    - Что вы себе позволяете! – начал, было, он, но увидев, что привлекает внимание прохожих, развернулся и сломя голову бросился прочь.
    
    Петр бежал по улице, размахивая мусорным ведром, распихивая в стороны прохожих, на ходу бормотал извинения и, время от времени, оглядывался, опасаясь преследования. Но девушку он видимо больше не интересовал. Пару раз ему вслед присвистнули молоденькие школьницы, да едва не облапила пьяная бабища выползшая из бара.
    Отдышался Петр только в полупустом парке. Мужчина уселся на скамейку, поставил мусорное ведро между ног и посмотрел на часы. До встречи в гараже Семен Семеныча оставалось пятнадцать минут.
    
    Как же ненавидел Петр всех этих вульгарных баб считающих себя центром вселенной. Феминизация… Полузабытый термин из прошлого века, о котором друзьям в свое время рассказал Семеныч. Он-то еще помнил относительно нормальные дни, когда появиться мужику одному в кафе или ресторане не считалось зазорным. И на работу хорошую и даже достаточно высокооплачиваемую вполне можно было устроиться. Не на руководящую, конечно, на такую мужчин не брали, но тем же таксистом или продавцом – вполне. И еще Семеныч рассказывал, как отец его байки травил, что мол, в свое время девок за деньги снимали. Смех один. Вообще верилось в такое с трудом, но зато приятно было послушать. А то от ежедневного шопинга под бдительным присмотром жены выть хотелось. Хотя Петр считал, что ему-то как раз повезло. Вот Санёк действительно жил, как соловей в золотой клетке, каждый выход в свет ему был в диковинку. Потому он первый и согласился, когда Семеныч про Луну заговорил. А сейчас, когда все решено, отступать поздно, хоть и страшновато немного. Петр посмотрел на часы; в запасе оставалось пять минут. До гаража Семеныча доплюнуть можно, вон сразу за парком виднеется. Непонятным оставалась только ситуация с Васькой. Васька, как самый молодой и зеленый, до последнего момента кочевряжился. Любовь, мол, у него, жениться хочет.
    
    Петр улыбнулся, вспомнив, как на последней встрече в гараже Семеныч Ваську на место поставил.
    - Любовь, говоришь? – спросил он парнишку. – По улицам гуляете, в кино ходите. Она тебе подарки дорогие делает, говорит, что работать разрешит. Знаю, проходили!
    Семеныч жахнул стакан вина. Предложил друзьям, но все трое смущенно отказались.
    - Вы даже выпить боитесь! Знаете, что дома накажут!
    - Я не боюсь, - попытался возразить Васька. – Просто невесту расстраивать не хочу.
    - Вот-вот, - Семеныч закусил подгнившим помидором. – А они боятся. И ты, как женишься, тоже бояться начнешь. Всякие муси-пуси цветочно-конфетного периода, пройдут быстро. А потом тебя быстро на место поставят! Ты мужик, место твое у плиты и в спальне!
    Санёк грустно кивнул:
    - Еще первый сударь страны, когда с женой своей, президентом России, с визитом в Елисейском дворце был, сказал: «Мужчина должен быть поваром на кухне, хозяином в гостиной и проститутом в постели».
    - Слыхал? – Семеныч повернулся к Ваське. – Что тебе старшие товарищи говорят?
    Васька кивнул и засобирался.
    - И все-таки я считаю, что мужчина должен быть загадкой!
    Не совсем к месту сказал он и вышел из гаража.
    - А моя вчера сказала, мол, петух не птица, мужик не человек, - вдруг заплакал Санек. – А я работать хочу, а не дома сидеть!
    Повисла тягостная пауза.
    - Прочитай нам еще раз про Луну, - прервал молчание Петр.
    Семен Семеныч хмыкнул, достал спрятанный под матрасом листочек, поистершийся и заляпанный жиром. И проникновенно начал:
    - Земля-Луна, отрывок из поэмы классика лунной литературы, Бенедикта Малофеева:
    «Луна это место, где не умолкают мужские песни ни днем, ни ночью! Это место где ни зимой, ни летом не отцветает жасмин, а мужчина глава семьи! Там можно не просыхать неделями и взгляд остается бездонен и ясен»
    
    Пора. Петр поднялся со скамейки. Прошел несколько шагов и, едва не нырнул в кусты, увидев отряд ОМОНа. Спортивного вида девицы в форме прогуливались по аллее, похлопывая по ладоням резиновыми дубинками. Часто поговаривали, что они увозят в отделение мужчин легкого поведения и заставляют бесплатно отрабатывать по полной программе. При этой мысли Петр даже поёжился. Девицы притормозили было возле него, но ситуацию спасло мусорное ведро, увидев которое ОМОНовки лишь усмехнулись и двинулись дальше.
    
    В гараже все были в сборе: испуганно-радостный Санёк, задумчивый Васька, ликующий Семен Семеныч. Увидев Петра, друзья с облегчением вздохнули.
    - Переодевайтесь быстрее, – Семен Семеныч вывалил на старый диван женскую одежду.
    - Зачем, - искренне удивился Васька.
    - Да затем, дурень, что без этого шмотья нас на космодром не пустят.
    Васька кивнул и присоединился к товарищам, уверенно натягивавшим на себя блузки и юбки.
    - Корсет затяни, - Семен Семеныч повернулся к Ваське.
    Семеныч втянул живот и провел рукой по гладко выбритой щеке.
    - Ты вот Васька, все сомневаешься, как я посмотрю. Думаешь, что в случае чего развестись можно. А ты на меня посмотри. Развелся я! Теперь больше тридцати лет на единственную дочь алименты плачу – девяносто пять процентов от своей зарплаты посудомоечной! А дочь между прочим уже десять лет, как в городской управе работает.
    
    Петр нацепил парик и придирчиво осмотрел себя в треснувшее зеркало, забрызганное мутными пятнами.
    - А точно работа на Луне есть? – спросил Санек.
    - Конечно! – Семен Семеныч, разлил по стаканам бутылку дешевого вина. – А соглашений у Луны с Землей о выдаче преступников или взимании алиментов нет! Так что главное только туда долететь.
    - На Луну! На Луну! – возбужденно закричал Санек. – Работать, работать, работать!
    
    
    ***
    
    До космодрома добирались на такси. После бутылки вина всех с непривычки разморило. Всех кроме Семеныча, которому и пришлось в результате расталкивать мирно посапывающую троицу и затем выволакивать друзей из автомобиля. На стоянке их уже дожидался мужчина средних лет, в форменной рубашке капитана торгового судна лунной приписки.
    
    ***
    
    В грузовом отсеке космолета удобств не имелось. Да и какие могут быть удобства на небольшом торговом судне, доставляющем руду с Луны на Землю. Тем не менее, помещение в котором оказались друзья, было специально оборудовано под перевоз нелегальных мигрантов. Денег полученных капитаном от Петра хватило даже на то, чтобы устроить небольшой банкет. Друзья расположились прямо на сваленных в кучу матрасах и, по очереди отхлебывали из бутылки лунный джин, покрякивая от переполнявших душу ощущений.
    - На работу устроюсь, - мечтательно протянул Санёк. – Мыться раз в неделю буду, а не каждый день.
    - А я, женюсь. – Неожиданно произнес Семен Семеныч.
    Петр, даже поперхнулся.
    - Тебе на Земле жены и алиментов мало не показалось?
    - Не понимаешь, ты Петька. – Снисходительно глянул на товарища Семеныч. – Здесь женщины другие, домашние. Сидят дома, деток воспитывают, да мужа слушаются.
    - А, ну если так. – Согласился Петр.
    Содержимое бутылки скоро закончилось. Открыли вторую.
    - А я вот, - печально начал Васька, - по своей невесте уже соскучился. Она у меня знаете, какая хорошая.
    - Ну, у меня тоже неплохая, - отпив из горлышка, произнес Санёк. – А то, что дома взаперти держала, так это ведь порода у них такая – бабская. А в целом любила ведь меня; с работы придет хоть и уставшая, но подойдет ко мне, обязательно поцелует и за щечку потреплет.
    - Да и моя Лидия тоже, - встрял Петр, - поворчит слегка, а потом любую прихоть исполнит!
    
    Семен Семеныч усмехнулся. Полез в карман, достал пачку сигарет, закурил. Долго разглядывал немного погрустневших друзей, переводя взгляд с одного на другого. Потом неуверенно поднялся и, пошатываясь, погрозил пальцем непонятно кому.
    - Ишь, нюни распустили. – Пьяно хихикнул он. – Рановато, что-то.
    Семен Семеныч икнул, подмигнул Петру и снова опустился на матрас.
    - А я вам вот что скажу! Обустроимся на Луне, работу приличную найдем, жилье хорошее, а потом обратно на Землю смотаемся; жен ваших в охапку и сюда!
    - Как это? – подпрыгнул Санёк.
    - А вот так! Сами на свободу вырвались, а жены пусть на Земле мучаются? Думаете легко им там? Нет, тяжело! Просто признаваться в этом не хотят!
    Семен Семеныч поднес к губам горлышко и ополовинил бутылку.
    - Они вам потом еще спасибо скажут! – подытожил он и, завалившись на матрас, захрапел.
    
    Через полчаса спали уже все. Прижавшись щекой к стене, уснул Санек; сладко посапывал Васька, обхватив обеими руками грязный матрас; рядом с друзьями, лежа на спине, дремал Петр.
    
    ***
    

      

    «Луна это место, где не умолкают мужские песни ни днем, ни ночью! Это место где ни зимой, ни летом не отцветает жасмин, а мужчина глава семьи! Там можно не просыхать неделями и взгляд остается бездонен и ясен»
    
    
    
    
    
    
    
    
 

  


    Copyright © 2009, Леонид Шифман, Константин Бернштейн