Главная

     Конкурс 1

     Конкурс 2

     Мастер

     Вход

     Жюри

     Разминка

     Регистрация

     Новости

     Положение

     Оргкомитет

     ЖЖ

     Партнеры

     Линки

     Контакты

Рейтинг@Mail.ru


 

Кошмар в Новогоднюю ночь

Кошмарек

Кошмар в Новогоднюю ночь

    - А ты знаешь, мой дорогой сынуля, что бывает с детишками, которые постоянно устраивают беспорядок и не любят за собой убирать?

     Кошмар в Новогоднюю ночь
    
    Жил-был мальчик Толик, было ему 11 лет. Жил он с мамой, папой, бабушкой и младшей сестренкой Дашей в городе Тепловодске, на улице Калашникова.
    Мальчик он был неплохой, старательно учился в школе на четыре и пять, занимался спортом. Но имелась у него одна плохая черта – Толик очень не любил мыться, чистить зубы, убирать у себя в комнате.
    В его обязанности также входило ежедневно выносить мусорное ведро и выбрасывать его содержимое в бак, но Толя никогда не доносил ведро до помойки, а старался вытряхнуть его где-нибудь поближе, под какой-нибудь кустик или в чужом подъезде. Словом, Толя был ужасный грязнуля и редкостный неряха.
     Мама Толика работала с утра до вечера, папа тоже много трудился, и воспитанием мальчика занималась Бабушка. Она очень любила и баловала внука, всегда старалась убрать за ним сама, и служила ему хорошим адвокатом перед родителями.
     Что бы Толя не совершил, добрая старушка всегда находила ему оправдание. Поэтому мальчик совсем разбаловался. Он мог съесть конфету, а бумажку запросто бросить на пол, все равно Бабушка подберет. Он никогда не мыл после себя посуду, было незачем: любвеобильная бабуся всегда делала это за него.
    Если Толю выпускали погулять на улицу, то с прогулки он приходил грязный как трубочист. Каким-то непостижимым образом ребенок успевал собрать на себя грязь со всего района. Мама ругала сына и говорила, что его одежду легче выбросить, чем отстирать, и она была, безусловно, права.
    Однажды воскресным днем, когда вся семья находилась дома, Толик играл в своей комнате.
    -Что-то в детской подозрительная тишина, пойду, проверю, чем он занят, - сказал папа, прихватив с собой хороший кожаный ремень.
     Бабушка, заметив это движение, помчалась со всех ног в комнату внука, чтобы обогнать серьезно настроенного отца.
    Они быстро побежали по коридору, стараясь опередить друг друга, но силы оказались равные и оба финишировали одновременно. То, что взрослые увидели в комнате Толика, превзошло все ожидания.
    На красивом шерстяном ковре, устилающем пол в детской, происходило настоящее сражение времен Второй Мировой Войны. Там, очевидно, располагалась линия фронта. Тяжелые бронированные танки вели ожесточенное сражение с артиллерией противника. Чтобы достоверней изобразить окопы, догадливый Толик высыпал на ковер всю почву из кадки огромного фикуса. Реконструкция военных действий получилась что надо. Сам же Толик стал похож на австралийского аборигена, который обмазался глиной для древнего обряда.
    Вбежавшая в комнату Бабушка смогла произнести лишь:
     - Ой, батюшки мои! - и принялась вытаскивать из грязи дорогих коллекционных солдатиков.
    Рассвирепевший папа прорычал:
    - Бери немедленно веник и подмети всю эту гадость с ковра! Как ты вообще додумался до такого?!
    Толик, вместо того, чтобы послушаться отца и предпринять какие-либо действия по уборке комнаты, раззявил пасть и заревел на весь дом, как ишак:
    - Аааааааа! Не хочу! Не буду убирать! Вам надо, сами и убирайте!
    Разгневанный отец приказал:
    -Тогда снимай штаны, сейчас буду тебя пороть!.
    Но тут в комнату вбежала мама. Быстро оценив обстановку и сложившуюся ситуацию, она сказала:
    - А ты знаешь, мой дорогой сынуля, что бывает с детишками, которые постоянно устраивают беспорядок и не любят за собой убирать?
    Приготовившийся к жестокой расправе Толик удивленно ответил:
    -Нет, а что?
    -А также, - продолжила с таинственным видом мама, - что бывает с теми, кто не моется, не чистит зубы, ходит в грязной одежде? В новогоднюю ночь вместо дедушки Мороза с мешком желанных подарков к ним приходит дед Говнез – Сизый нос!
    - А кто это такой? - еще больше удивился Толик.
    - А не дай Бог тебе узнать, кто это! Если ты будешь продолжать вести себя так же, ходить грязным и неумытым, то он найдет тебя, где бы ты не прятался!!! И эта встреча будет крайне неприятной не только для тебя, но и для всех нас.
    Толик лишь засмеялся в ответ и, нагло посвистывая, вышел из комнаты, предоставив все тяготы уборки своим родителям. Он давно уже не верил в деда Мороза, и точно знал, что подарки в красивых коробочках под новогоднюю елку подкладывают родители. Тем более, поверить в какого-то, никому неизвестного деда Говнеза, ему казалось совершенно невозможно.
    - Какая же она дурочка! Пыталась меня запугать какими-то детскими сказками! - подумал Толик и тут же забыл об этом происшествии.
     До Нового Года оставалось около месяца. Поведение мальчика за это время ничуть не изменилось к лучшему, наоборот, он обнаглел еще больше и, если бы Бабушка за ним не убирала, то его комната за это время превратилась бы в настоящую помойку. Про странный разговор о деде Говнезе мальчик так и ни разу не вспомнил.
    И вот наступило тридцать первое декабря. Папа с мамой в большой комнате нарядили красивую елочку. Пятилетняя Даша сидела возле нее как загипнотизированная, никак не могла налюбоваться на неземную красоту стеклянных елочных шаров и сверкающей мишуры.
    Мама и бабушка целый день хлопотали на кухне, готовя к празднику изысканное угощение.
    Тощий усатый папа собирал посреди гостиной старинный дубовый стол на толщенных ножках. Настроение у всех было праздничное и веселое. И вот, в одиннадцать часов вечера, вся семья расселась за праздничным столом. Бабушка и родители облачились в свои лучшие наряды, сестренка Даша была словно маленькая принцесса в розовом кружевном платьице и с огромным бантом на голове. Даже упрямого Толика мама насильно отвела в ванную и хорошенько отмыла к празднику. Его нарядили в выходной костюм «тройку», а на шею повязали папин галстук.
    Взрослые провожали старый год, пили великолепное красное вино и закусывали традиционными новогодними деликатесами: салатом оливье, копченой колбаской, семгой и, конечно же, знаменитыми бабушкиными грибочками. Они привыкли отмечать праздник в тесном семейном кругу и гостей не ждали. Но вдруг в дверь раздался звонок. Папа удивился и пошел открывать.
    - Кто там? – спросил он.
    - С Новым Годом поздравляем, счастья, радости желаем! – Раздался из-за двери чей-то хриплый, надтреснутый и совершенно незнакомый голос.
    - Открывай, Василий, это кто-то из соседей решил нас поздравить с праздничком! – обрадовалась бабушка.
    И папа немедленно открыл. О, лучше бы он этого не делал!
    В квартиру тут же ввалилась целая толпа каких-то грязных, вонючих и удивительно шумных оборванцев. Сколько их было, сказать трудно, но никак не меньше десятка. Некоторые из них тащили какие-то огромные мешки и баулы, другие играли на музыкальных инструментах, а третьи во все горло орали матерные частушки.
    - Да что ж такое-то! – возмутился папа, – кто вы такие и что вам нужно в моей квартире?
    Из толпы выделился маленький, но очень бойкий старикашка, одетый в рваный и грязный ватник, синие растянутые на коленках, треники и тельняшку. Обут он был в сильно поношенные и много раз латаные валенки. Но самое удивительное в его одеянии - это шапка. Старик сделал ее из зимних детских колготок, причем штанины этих колготок были связаны на макушке узлом, а дальше свободно свисали вниз, словно раструбы шутовского колпака. Особо приметной чертой внешности незнакомца была длинная, густая, растрепанная рыжая борода, в которой застряли остатки всего того, чем обычно питался ее хозяин: хлебные крошки, колбасные кожурки, яичная скорлупа, засохшие макаронины, рыбья чешуя, конфетные фантики и еще какая-то шелуха неизвестного происхождения.
    - Мое почтение всей честной компании! – мужичок поклонился в пояс, по русскому обычаю.
    – А зовут-то меня Говнез Пердосович, а по-простому дедом Говнезом кличут! А приехал-то я из города Нальчика, чтобы проведать вашего мальчика! Достойную вы мне смену готовите! Молодчаги, одобряю!
    Вся семья настолько растерялась, что не оказывала никакого отпора наглым пришельцам. Тем временем, шумная толпа разбрелась по комнатам, часть ее уселась за стол и принялась за угощения.
    Двое же особо грязных и оборванных мужичков, один с балалайкой, а другой – с гармошкой, обеспечивали музыкальное сопровождение вечеринки.
    Невероятной толщины баба лихо отплясывала посреди комнаты, от ее слонового топота дрожали стекла в окнах и посуда на столе.
    Дед Говнез, за обе щеки уплетая оливье большой ложкой прямо из салатницы, пояснил хозяевам:
    -Это братья-музыканты, офигенные таланты, Николай и Нидворай, если хочешь – подпевай!!!
    Представляя своих спутников, Говнез успевал увлеченно пожирать оливье, покончив с салатом, он тщательно вылизал посудину и тут же принялся за винегрет, с все возрастающим аппетитом.
    В это время в дверь раздался громкий нахальный стук.
    - Это еще кто?! – возмутился папа.
    Несколько мелких чумазых существ, то ли бомжат, то ли карликов, ватагой бросились открывать.
    -Это, наверное, Пыпырыжка, - громко рыгнув, пояснил Говнез.
    – Он у нас хроменький, мать его, вот и отстал от компании.
    -Что, суки, не ждали?! Жрут тут без меня!
    В комнату, тяжело опираясь на костыль, ввалился очень потрепанный, даже как будто бы заплесневелый мужчина средних лет. У него была широкая, как лопата, черная с проседью борода, которая закрывала ему всю грудь. Наглая красная рожа с прищуренными хитрыми глазками выражала бесконечный оптимизм, лукавство и народную мудрость. Одет он был в непонятные, потерявшие всякую форму, лохмотья, но на ногах у гостя красовались новенькие, огромного размера, шикарные домашние тапки с горделивой вышивкой «Спорт».
    -Ну-ка, малявки, тащите сюда главное сокровище! – цыкнул он карликам.
    Те быстро и весело вкатили в комнату небольшую тачку, с тщательно закрепленной на ней двадцатилитровую бутылью с беловатой мутной жидкостью. При виде ее все присутствующие бомжи издали восторженный вопль, прямо как Якубович на «Поле Чудес».
    - Это друг мой – Пыпырыжка, он – веселый старичишка, нет ни дома, ни сберкнижки, но зато всегда отрыжка!
    Пыпырыжка церемонно поклонился, изящно отставив в сторону костыль.
    - Дорогие друзья! Что-то я смотрю, вы к празднику плохо подготовились! Надо навести здесь порядок! Для начала попрошу внести сюда Антисос!
    Шустрые карлики моментально вкатили в комнату странный агрегат, напоминающий древний пылесос «Ракета».
    Пыпырыжка нажал костылем кнопку Антисоса и из его сопла с ужасным гулом и воем стал вылетать всевозможный мусор, грязь и пыль. Через минут десять вся комната стала настолько грязной и замусоренной, как будто в ней не убирали целый год. Все присутствующие стали дружно чихать и кашлять. Даже дед Говнез возмутился и наставительно произнес:
    -Ты, того этого, мать твою, не перестарайся!
    В этот момент Пыпырыжка дотронулся до елки своим волшебным костылем, и новогодняя красавица в тот же миг превратилась в огромный, старый, растрепанный веник, украшенный пустыми консервными банками, мандариновыми корками, селедочными хвостами, яблочными огрызками и засохшими хлебными корками.
    Все восторженно захлопали в ладоши:
    -Вот это по-нашенски! Какой гламур!
    Затем Пыпырыжка принялся за праздничный дизайн комнаты. Со стен и потолка свесились изящные гирлянды из использованной туалетной бумаги. В углах появились большие красивые паутинные сети с сидящими в них громадными, злобными, волосатыми пауками. По полу весело забегали полчища тараканов, стада мышей и табуны крыс.
    -Вот это веселуха! Чувствую себя, как дома! – обрадовался Говнез,– но все равно чего-то не хватает, – и он лукаво улыбнулся и поднял указательный палец, - атмосфера не та! Пирогами да мандаринами пахнет.
    -Это мы мигом исправим! – отозвался Пыпырыжка, - ну-ка, внесите сюда мешок с сюрпризом.
    Тут же карлики втащили большой мешок, в котором что-то шевелилось.
    -Что это, кот в мешке? – спросил Толик, впервые осмелившийся подать голос.
    -Неееееет, не угадал, не кот, а коты!!! – и бомжара развязал мешок.
    Оттуда немедленно в разные стороны прыснули разных мастей и размеров тощие помоечные коты и с диким мяуканьем разбежались по всей квартире. Мерзкие твари сразу же принялись за свое черное дело. Тут и там появились смердящие кучи и лужи. Помещение наполнилось нестерпимым запахом.
    -Ну что, самое оно! – сказал Говнез, разливая всем присутствующим, даже Толику и Даше, самогон.
    -Чичас мы выпьем, а Николай и Нидворай исполнят для нас частушки в тему.
    Братья-музыканты запели гнусавыми пропитыми голосами на мотив песни «Коламбия пикчерз не представляет», аккомпанируя себе на гармошке и балалайке:
    
    У котеночка Журандира
    Однокомнатная квартира,
    У Журандира
    Своя квартира!
    
    У котеночка Миримана
    Деньги выкрали из кармана,
    У Миримана,
    Прям из кармана!
    
    А котеночек Паралитик
    Замечательный политик,
    У Паралитика
    Своя политика!
    
    Все это время роль подтанцовки исполняла необъятных размеров бомжиха с огромным задом.
    -О, я забыл вам представить нашу даму, - спохватился Говнез Пердосович:
    До сих пор не знали дети,
    Тетя Жопа есть на свете!
    
    Услышав, что разговор о ней, тетка поклонилась и принялась отплясывать с еще большим жаром, подпевая себе:
    Танцуй Россия!
    Гуляй Европа!
    А у меня самая,
    Самая, самая
    Огромная жопа!
    
    -Милая, кончай колбаситься, садись за стол, покушай чего-нибудь, а то форму потеряешь, и нам нечем будет гордиться, - попросил Говнез.
    Тетя Жопа тут же уселась за стол и принялась сметать все со стола, словно саранча, не забывая при этом прихлебывать самогон из большого стакана.
    В этот момент часы показали без пяти двенадцать, и началось новогоднее обращение президента к народу.
    -Ну превед-превед, Медвед! – нагло улыбаясь. издевательски сказал Пыпырыжка и, дотронувшись костылем до телевизора, вмиг оказался по ту сторону экрана, вместо президента. За его спиной церемонно выстроились в ряд карлики-прислужники.
    Пыпырыжка хотел начать свою речь, но у него случился приступ дикого сиплого кашля. Чтобы привести старикашку в форму, один из карликов прикурил бычок и дал затянуться своему «президенту». Тот мигом оклемался и начал:
    - Граждане пассажиры! Ой, мать вашу, не так… Дорогие пассажиры! Тьфу, блин, опять не то.…А, вот, вспомнил. Сограждане, россияне! В наступающем году в нашей стране произойдут коренные перемены! Я издам новый закон о том, что никто не должен работать, платить налоги, учиться и вообще что-то делать! Наступит полная свобода! Не надо будет также мыться, чистить зубы и убирать в квартире! Вся наша страна постепенно превратится в одну огромную мусорную свалку, где мы все как один дружно, плечом к плечу, от мала до велика, будем копаться и находить себе все необходимое. Ну, прямо как в Италии!
    Наступающий год я торжественно объявляю годом бомжа! Будут переименованы все города и улицы. Например, - сказал он, весело подмигивая камере, - город Тепловодск назовем Мусоропроводском, а находящаяся в нем улицу Калашникова –улицей Какашникова!
    Ну и так далее и тому подобное, мать вашу, вы меня поняли.
    А теперь позвольте мне вас проздравить и пожелать всего самого лучшего в наступающем году и, разумеется, побольше грязи и всякого мусора!
    Он торжественно поднял граненый стакан с самогоном, звонко чокнулся с экраном и в этот же момент снова оказался в комнате.
    Бомжи встретили его восторженными криками и аплодисментами.
    -Ну вот, раз мы опять все в сборе, прейдем к торжественной части нашего вечера. Нашим хозяевам, а точнее, некоторым из них будут вручены призы и подарки. В первую очередь, хочу поздравить нашу уважаемую Бабушку и вручить ей памятную медаль за успехи в воспитании внука и особые заслуги перед дедом Говнезом, то есть мной. Какая женщина! Так бы и женился, ей Богу!
    В тот же миг к Бабушке подскочили шустрые карлики и, несмотря на ее отчаянное сопротивление, нацепили старушке на шею большую круглую медаль, сделанную, судя по всему, из высушенной коровьей лепешки. Она висела на красивой шелковой ленточке и нестерпимо воняла.
    - А теперь мы приступим к награждению главного виновника нашего торжества – мальчика Толи. Несмотря на свой юный возраст, он законченный неряха и грязнуля, истинный говнюк и будущий бомж! Вот растет наша смена! Да, таким ребенком нужно гордиться! Отныне он будет именоваться Пердотолий, а когда я умру...- и дед Говнез вытер набежавшую слезу засморканным мятым платком, - займет мое место.
    При этих словах подбежали карлики и вывалили прямо на голову Толи целый мешок говна.
    -Можно я пойду помоюсь, уж очень воняет! – захныкал мальчик.

      

    -Погоди немного, высохнет – само отвалится! – с доброй отеческой улыбкой подбодрил его Пыпырыжка.
    -Я не хочу, не хочу! – заорал Толя истошным голосом и…….. проснулся.
    Он испуганно огляделся по сторонам, но в комнате было тепло и уютно, елка сверкала всеми огнями, пахло пирогами и мандаринами, и все было чисто.
    Бабушка позвала его к столу: «Внучек, без десяти двенадцать, вернись к столу, а то проспишь Новый Год».
    В это время кто-то позвонил в дверь.
    -Не открывайте, это дед Говнез, пожалуйста, не открывайте, это точно он! – испуганно завопил Толя.
    Но папа, не слушая сына, открыл дверь. На пороге стоял настоящий дед Мороз. Он добродушно улыбался в седые усы и произнес красивым густым басом:
    -С Новым Годом, дорогие друзья, а где тут мальчик Толик и девочка Даша? Я принес им подарки!
    
 

  


    Copyright © 2009, Леонид Шифман, Константин Бернштейн