Главная

     Конкурс 1

     Конкурс 2

     Мастер

     Вход

     Жюри

     Разминка

     Регистрация

     Новости

     Положение

     Оргкомитет

     ЖЖ

     Партнеры

     Линки

     Контакты

Рейтинг@Mail.ru


 

Долгий день перед экзаменом

Тоторо

Долгий день перед экзаменом

    Сергей Александрович Петров, обладающий весьма редким в пределах нашей страны именем и еще более необычной фамилией, наконец, открыл мне дверь.
    – Сколько можно звонить, иду я, иду…
    Красные глаза выдавали бессонно проведенную ночь.
    – Сдал?
    – Сдал, – выдохнул я. – Трояк.
    «Василий, я ставлю удовлетворительно, только из-за вашего усердного посещения лекций. Однако, на пользу оно вам не пошло».
    Жаль, конечно, в глубине души я рассчитывал на большее.
    – Заходи быстрее, мой только что убежал.
    Сережка рванул к письменному столу и начал обшаривать его поверхность с помощью ручного микроскопа. Я осторожно присел на стул и осмотрел «поле боя». Кроме АСН (агрегата для создания нанороботов) и начатого бутерброда на столе лежала потрепанная книга «Начальный курс по созданию и программированию нанороботов», и, чего я никак не ожидал, «Нанотохнология – от простого к сложному» и «Как создать наноробота – пособие для детей» (с яркий обложкой и картинками). Последняя уж совсем не подходила для студента первого курса. Я хмыкнул, но, встретившись с затравленным взглядом моего друга, проглотил ехидное замечание. Да, совсем плохи у него дела.
    – Есть! – Сережка торжествующе накрыл участок стола вакуумной пробиркой и захлопнул крышку.
    – Вот, смотри. Как тебе экземпляр?
    Он поднес микроскоп и пробирку к моему лицу.
    Ничего особенного в ней не было. Наноробот, как наноробот. Мой такой сдох за минуту до окончания сдачи экзамена. Нет, чтобы протянуть еще немного и обеспечить меня четверкой. Ладно, что было, то прошло. А вот у Сережки еще все впереди. Завтра ему предстоит встреча с Алхимиком. И ничего хорошего, она ему, явно, не принесет.
    – Странный он у тебя какой-то, – сказал я, присмотревшись. – Ног у него чего так много? И торчат все в разные стороны.
    – Где? – Сережка дернулся и уставился своими слегка близорукими прищуренными глазами в микроскоп.
    – Точно, – протянул он. – Слушай, Вася, да он тут не один, по-моему. Да! Два их ползает. Ой, нет, три! Точно, три робота.
    Пробирка для хранения нанороботов была у Сашки самая простая, без всякой электроники, сразу показывающей количество «заключенных».
    – Откуда они взялись? – Сережка растерянно посмотрел на меня.
    – Дай сюда.
    Я взял пробирку и хорошо рассмотрел содержимое. В начале осмотра в пробирке было уже четыре наноробота и, пока я их разглядывал, они собрали пятого.
    – Они же у тебя размножаются безостановочно. Ты что за программу в своего наника заложил?
    – Я, как бы это сказать, вообще его не программировал, – на Сережку было жалко смотреть. – Я, понимаешь, не создавал робота. Не получалось никак. Ну, думаю, возьму какого-нибудь уже готового и попробую переделать, нарастить манипуляторов или чего еще. А там и своего с нуля создам. После практики.
    – Ну, и откуда ты взял исходник?
    – Вот, – Сережка порылся в ящике стола и достал довольно старую коробочку. – У тети на полке валялась.
    «Нанотехнология в быту. Нанороботы для очистки сточных труб. Дата производства 20… срок годности…», – бегло прочитал я. – Да, срок годности давно просрочен. И что? Ты решил тренироваться на этой рухляди?
    – Программу я ему полностью стер, так, чтобы этот истукан совсем ничего не делал. Открыл я АСН, а он как задаст стрекоча. Робот в смысле, а не АСН. Тут ты позвонил. И вот я на столе поймал… А их несколько уже.
    – Значит, стер программу, говоришь? – зловеще протянул я, начиная подбираться к истине.
    – Да, очистил полностью, – уже не очень уверенно ответил Сережка.
    – А блок воспроизводства дубликатов не отключил?
    – Ну… Нет. А надо?
    – Ага, – радостно сообщил я, – надо! Общеизвестный сбой. Самовоспроизводство у них вшито в чипе. Как раз режим воспроизводства, если надо, и отключают программой. Или устанавливают лимит. А ты программу стер. Лекции надо посещать!
    – Я посещал. Некоторые.
    – Некоторые… Неуч ты. Думаешь, мы их всех поймали?
    Сережка, взявший в это время бутерброд со стола, неуверенно посмотрел на него и осторожно положил обратно.
    Я выхватил у Сережки микроскоп и начал рассматривать стол. Творений моего неудачливого друга было на нем более чем достаточно. Они дружно ползали по поверхности и шевелили манипуляторами, изображая хаотичное движение. Но самое страшное было то, что они размножались. Со страшной скоростью нанороботы создавали себе подобных из всего, что попадало им под нано-манипуляторы; хлебные крошки, пыль, рассыпанные скрепки – в ход шло все. Уже не нужен был микроскоп, чтобы увидеть, как на оставленном на столе тетрадном листе с записями моего друга появляются прогрызенные дыры. Наверное, в забитых канализационных трубах это выглядело бы здорово. Нанороботы активно уничтожают загрязнения, не трогая трубы, и через некоторое время самоуничтожаются. Но от знания того, что на столе копошится разрастающаяся армия невидимых существ, становилось как-то не по себе.
    – А-а-а! – вдруг не своим голосом завопил Сережка и начал лупить по столу «Нанотохнологией – от простого к сложному».
    – Homo sapiens, то бишь, человек разумный, что ты делаешь?! – я оттащил друга от стола. – Ты же разметал наников по всей комнате! Прекрати! У них же вскоре таймер самоликвидации сработает. Подождем.
    – Да не сработает у них никакой таймер, – обреченно сообщил Сережка. – Нету его. Я случайно удалил этот блок, когда новые манипуляторы наращивал.
    – Как!? Это же, в принципе, не возможно.
    – Не знаю как. Но блока таймера самоуничтожения у них точно уже нет. В это можешь поверить. Я ведь не думал, что он убежит, а разобрать наника в АСН – это секундное дело.
    Взгляд Сережи был уже не затравленный, он был – отчаянный и взывающий о помощи. Роботов размножилось так много, что копошащаяся на столе пыль стала видна невооруженным взглядом. Серым облачком она покрывала поверхность, вытягивая ложноножки, словно большая амеба.
    – Поздравляю, – прошептал я, – ты создал «серую слизь».
    С громким стуком упал на пол отвалившийся под амебой угол стола. Роботы разделились, и часть их сползла вниз. Сережка вздрогнул.
    – К-к-какую такую слизь?
    – Серую. Термин такой, – обрадовал я друга. – Это когда неконтролируемо размножающиеся нанороботы поглощают все на земном шаре.
    Мы, не сговариваясь, повернулись и выбежали за дверь.
    – Думаешь, до этого дойдет? – спросил Сережка.
    – Конечно, – ответил я. – Хорошо, хоть твоя тетя уехала и не видит начало конца света. А значит, нам надо думать самим, как этот конец предотвратить.
    Сережка жил в одноэтажном тетином доме посреди буйного сада с огородом. Мы стояли на грядках с начинающими краснеть ранними помидорами и смотрели на захлопнувшуюся дверь. Ярко светило солнце. В конец света не верилось. Но и мыслей, как спасти ситуацию, не было никаких.
    В глубине дома что-то опять свалилось с оглушительным шумом.
    – Тетя меня убьет, – прошептал Сережка.
    – Ты давай лучше думай, как уничтожают нанороботов, пока они из дома не вырвались. Мысли есть?
    – Никаких. А у тебя?
    – Пока в голову приходит только поджечь дом, но, боюсь, твоей тете данный план не очень понравился бы.
    Сережка не ответил. Его рот медленно открывался. Он смотрел на дверь дома, которая как-то странно прогибалась и ходила волнами. Дверь вспучилась, но не лопнула, а тихо исчезла, проглоченная серым облаком, выползшим из дверного проема. Я мог бы поклясться, что оно странно и подозрительно на нас смотрело.
    – Караул, – прошептал Сережка.
    У меня голос тоже почти пропал, и сказать ничего не получалось.
    – Вот так двое нерадивых студентов едва не погубили мир, – послышался знакомый голос.

      

    Входная калитка скрипнула, и к нам направился не кто иной, как Анатолий Владимирович, в студенческой среде известный под прозвищем Алхимик. Строгий костюм, высокий рост, гордая осанка – Алхимик излучал непоколебимую уверенность в том, что поблажек на экзамене не будет никому. Каждая вторая студентка была тайно в него влюблена, а каждый третий студент на факультете пытался отрастить бородку а-ля-Алхимик. Анатолий Владимирович носил очки в тонкой оправе. Это в наш-то век! Про подслеповатые глаза Сережки я молчу, – он просто панически боится ложиться на коррекцию. Но преподаватель в очках смотрится этаким выходцем из забытых времен, когда в ретортах на столах исследователей бурлили таинственные смеси, а наука была молодой и полной загадок. Поговаривают, что очки Алхимик носит с простыми стеклами, просто так, для имиджа. Не знаю… не знаю. Когда он на тебе посмотрит поверх этих очков, то хочется сразу признаться в том, что контрольную работу по программированию нанороботов ты списал и все-все переделаешь заново. И что самое страшное, Анатолий Владимирович курил трубку. Как ни сражался с ним ректор и общественность, своей привычке из прошлого века Алхимик не изменял.
    Сейчас деревянная трубка была зажата у него в руке, а сам Алхимик стоял возле нас и задумчиво смотрел на облако нанороботов, хаотично выпускающее ложноножки. Хаотично то хаотично, но ползло оно явно к нам.
    – Да, Арсеньев, с тройкой я вам явно поторопился, – сказал Анатолий Владимирович.
    Я опустил голову.
    Стайка нанороботов подползла к нам настолько близко, что уже касалась наутюженных брюк Алхимика. Он не спеша сунул трубку в рот и чиркнул зажигалкой. Не знаю, что было в ней скрыто, какая электроника спрятана, и что за импульсы она излучала, но после того, как Алхимик высек огонь, облако нанороботов вдруг осело и рассыпалось неподвижной пылью.
    Алхимик не спеша раскурил трубку, выпустил облачко дыма и спокойно сказал:
    – Жду вас, Петров, завтра на экзамене.
    Калитка закрылась, и наш спаситель исчез, а мы стояли в солнечных лучах и думали о том, как хорошо, что на свете есть такие люди, как Алхимик и еще о том, что в такой солнечный день весьма лень готовиться к экзаменам.
    А ставить новую входную дверь – и подавно.
 

  


    Copyright © 2009, Леонид Шифман, Константин Бернштейн