Главная

     Конкурс 1

     Конкурс 2

     Мастер

     Вход

     Жюри

     Разминка

     Регистрация

     Новости

     Положение

     Оргкомитет

     ЖЖ

     Партнеры

     Линки

     Контакты

Рейтинг@Mail.ru


  xiaomi redmi 4x

Зюш

Турист

Зюш

     Ветер трепал боковины палатки, крыша провисла под тяжестью нанесённого из пустыни песка. У входа сидел юмянин в балахоне, положив локти на пустой прилавок. Левый рукав был закатан, и на запястье сиял фальшивый "Ролекс". Туземец оттягивал браслет из поддельного золота, ласково подкручивал колёсики и поворачивал кисть так и эдак, любуясь на искрящийся циферблат.
     Я подошёл почти вплотную к прилавку, пытаясь разглядеть в тёмной глубине ларька выставленные на продажу артефакты. Туземец не обращал на меня внимания, и меня это задело. Я-то ожидал, что в такой варварской дыре меня будут хватать за руки и в цветистых выражениях навязывать свой товар. А я бы с достоинством отвечал, что пока просто смотрю и не нужно мне мешать.
     Впрочем, торговцы пристают к туристам, потому что у них водятся деньги, а я на туриста не похож. Я раздобыл туземную одежду, принял двухнедельную языковую таблетку и отправился не на чистенький столичный рынок, где торгуют новоделом для профанов, а на самый что ни на есть настоящий местный базар в пустыне между Иром и Оряном. Говорят, туземцы тайком копают в мёртвом Оряне, и здесь можно купить подлинный инопланетный артефакт. Заодно увижу, как выглядит чужая культура изнутри - а не лубочные декорации, выстроенные вокруг космопорта.
     Чтобы действительно понять чужих, нужно время, нешуточная жажда познания и крепкая психика. Представьте себе разумное существо, которое вздумало прочесть "Ромео и Джульетту", но не имеет представления о любви, потому что на его на планете размножаются делением. Ему придётся изучить эволюцию двуполых и земную экономику - и при этом не вздрагивать каждый раз от слова "индивидуум", у нас это не ругательство.
     Ясное дело, никакое разумное существо не станет так напрягаться, если только оно не готовится к поступлению на ксенофак, а прилетело весело провести отпуск. За две недели приобщиться к чужой культуре нереально, как её ни адаптируй. Так что с культурой поступают радикальнее: литературные и мифологические сюжеты сортируют в порядке убывания популярности и сопоставляют по индексу. Такой перевод не сохраняет смысла, зато гарантирует, что трагедия Ромео и Джульетты - в чём бы она ни заключалась - не покажется чужим не стоящей выеденного яйца.
     Я тоже в отпуске и не хочу напрягаться - но и потреблять эрзац не желаю. Поэтому я выбрал инопланетян, которых смогу понять. Юмяне - потомки земных колонистов. Найдётся на Юми и безвредная, простерилизованная временем экзотика: когда-то здесь обитали настоящие чужие, но давно вымерли. Комитет по защите прав разумных подозревает, что не без помощи первопоселенцев с Земли. Дело тёмное; может, чужих съели саблезубые тараканы, но они же неразумные твари, на них не подашь в межпланетный суд. Археологическая экспедиция в Оряне пока не обнаружила следов геноцида. Вообще, самому позднему найденному там костяку - вернее, экзоскелету - больше трёх тысяч лет, мы тогда ещё в космос не вышли. С другой стороны, шестьсот лет назад земная экспедиция застала на Юми процветающую цивилизацию чужих: населённые города с мощными стенами, работающие ветряные установки, вибродвигатели, которые обрушивают подземные ходы саблезубых тараканов. Жуткие монстры! Тоже практически вымерли, лицензия на отстрел стоит приличных денег.
     Потом связь с колонией прервалась и наступили тёмные века. Теперь потомки поселенцев не могут объяснить, куда сгинули аборигены. Ладно, мне-то что. Куплю вот сувенир, посмотрю, как живут простые юмяне, и хватит с меня экзотики.
     А продавец сидит и забавляется с часами, точно младенец с погремушкой, на меня даже не взглянул. Ничего удивительного, что юмяне никак не вылезут из бедности.
     - Есть мяльза, - сказал вдруг туземец, не отрывая взгляда от часов. - Есть ещё кяголь, двадцать три куня за пару. Могу уступить три штуки за двадцать пять ланей.
     В тринадцати юмянских кунях - семнадцать ланей, отличная денежная система для жуликов. Я в уме прикинул и вышло, что два кяголя дороже трёх. Достал карманный компьютер, посчитал - так и есть. Что за надувательство! Или он сказал не "два", а "пара"? Наверно, этот кяголь - что-то вроде сапога, и пара ценнее, чем три разных.
     Торговец посмотрел на мой компьютер и с осуждением произнёс:
     - Это вам не нужно.
     Мне стало неловко, будто я незаслуженно оскорбил недоверием честного человека. Нет, какого чёрта?!
     - Почему не нужно? - с вызовом спросил я.
     - Потому что вы похожи на землянина.
     Интересно, на чём я погорел. Одет в такой же балахон, что и он - серый, потёртый и пыльный, и говорю, кажется, без акцента. Так почему он сходу меня раскусил? Из-за земного компьютера? Мало ли, откуда у меня компьютер. У него у самого вот часы. Не вижу логики.
     - А я не землянин, - сказал я.
     - Разумеется, - легко согласился он, пристально разглядывая меня с ног до головы. - В том и проблема. Вам нужен зюш. Да, зюш, только зюш вам поможет. К счастью, у меня есть зюш. Я сделаю вам скидку.
     Ага! Похоже, зюш та самая штука, без которой не сойти за местного. Не уверен, что куплю, но взглянуть на неё стоит.
     - Покажите, - потребовал я.
     - "Покажите"! "Покажите", ой, не могу... - развеселился он. - Тут нету. Надо сходить на склад. Я быстро, буквально пятнадцать минут. А вы присмотрите за товаром. Присмотрите, ха-ха-ха! - он снова рассмеялся невесть чему. - Серьёзно, могу я вам доверить товар? - он встал из-за прилавка и окинул меня придирчивым взглядом. - Похоже, могу.
     - Нет, - сказал я, - не нужно. То есть, я имею в виду...
     - Пятнадцать минут, - выкрикнул торговец, оборачиваясь на бегу. - Я быстро!
     Чёрт, как глупо вышло. Теперь придётся купить этот зюш, раз за ним бегали в такую даль, а то неудобно. Ладно, я всё равно собирался приобрести что-нибудь инопланетное, так почему бы и не зюш. А пока посмотрю вблизи на остальные штуковины. Даже хорошо, что хозяин ушёл: можно трогать руками и никто слова не скажет.
     В палатке было темно, и я включил карманный компьютер в режиме фонарика.
     Так, вон та металлическая дура (датчик, встроенный в компьютер, определил алюминий с примесью кремния) будет неплохо смотреться в гостиной. Похожа на базуку в стиле рококо, подойдёт к антикварной мебели. А кухня у меня в стиле модерн, на кухню поставлю эту полусферу с круглыми дырками. Будет фруктовницей. Ай, нет! Датчик показывает неизвестную органику. Ну её, вдруг что-то вредное. Интересно, а куда можно приспособить зюш?
     Пора бы уже его принести. Пятнадцать минут прошли, даже двадцать. Этот юмянин вообще знает, что такое пятнадцать минут? Человек, который сегодня впервые увидел часы...
     Я выглянул из палатки: в обе стороны тянутся бесконечные торговые ряды, бродят туземцы в выцветших балахонах, ветер лениво несёт песок и мусор. В палатке напротив сидит за пустым прилавком толстая угрюмая торговка и вяжет на спицах шарф.
     - Простите, - обратился я к ней, - не подскажете, когда вернётся хозяин моей палатки?
     - Откуда я знаю?
     - Видите ли, в чём дело... Он сказал, что пойдёт на склад и придёт через пятнадцать минут...
     - Ну так ждите.
     - Да, но он что-то долго не возвращается.
     - И чего вы хотите от меня?
     - Может быть... Не могли бы вы присмотреть за товаром, а я пойду уже?
     - Щас! Значит, за вашим товаром присмотрю, а мой пусть сопрут?
     Ну что с неё взять! Продукт отсталой культуры. Я вернулся в свою палатку, сел за прилавок. Достал компьютер, открыл детективчик, но мне не читалось. На душе было неспокойно. Я то и дело вскидывал глаза и с подозрением вглядывался в проходящих мимо. А вдруг и правда что-то украдут, пока я тут караулю? Подбегут, схватят какую-нибудь мяльзу и наутёк. Что мне делать, догонять? Я побегу, а тем временем сообщники вынесут товар подчистую. Нет, нельзя уходить из палатки. Чёрт, вот влип! Если даже я буду безупречно бдителен, хозяин всё равно возьмёт и заявит, будто что-то пропало, и потребует компенсацию. Лучше заплатить, иначе придётся иметь дело с мафией. На отсталых планетах всегда бывает мафия.
     Боковым зрением я увидел два цветных пятна. Поднял глаза - и не смог удержаться от счастливой улыбки. Туристы, земляне, родные мои! Райский островок в океане враждебной серости... Мужчина мазнул по мне безразличным взглядом и отвернулся. В одной руке у него была банка пива, другой он придерживал закинутую на плечо объёмную сумку. Я не в обиде, я понимаю - этот шопинг тебе надоел хуже горькой редьки. А вот женщина улыбнулась мне в ответ, но как-то... свысока. Да, конечно, я сижу за прилавком на этом варварском базаре, на мне убогая туземная одежда, но неужели не видно, что я свой?!
     - Почём убяр? - спросила она.
     - Видите ли, я не продавец. Я сам жду продавца, он отошёл на пятнадцать минут, а я...
     - Зайка, - вздохнул её спутник, - зачем тебе убяр? Давай пойдём в ресторан или на вертолёте покатаемся, а? Слетаем на острова, постреляем саблезубых тараканов...
     - Котик! В ресторан мы с тобой сходим на Земле. А с Юми нам сам бог велел привезти убяр, - туристка обернулась ко мне. - Сколько? Но не вздумайте заломить цену, я прекрасно разбираюсь в орянских артефактах.
     - Послушайте, я не знаю! Говорю же вам: я не продавец.
     - Зайка, а отчего мы не купили убяр в предыдущем ларьке? Вместе с остальными штуковинами, а?
     - Котик, ты не понимаешь. Здесь убяр с изогнутыми поперечинами, а там был с прямыми. Так почём, говорите, ваш убяр?
     - Сто шесть куней и три ланя, - сказал я.
     Сто куней - это сумма, которую бы я не выложил ни за какой убяр. А шесть куней и три ланя я добавил из вежливости. Просто "сто куней" звучит как "отстаньте, подите прочь", а так цена выглядит солидно, словно её вычислили по формуле.
     - Зайка, в той лавке было в четыре раза дешевле.
     - Дешевле, потому что дешёвка. А тут качество!
     - И что, здесь в четыре раза лучше? - котик с несчастным видом достал кошелёк. - До ста не скинете, а?
     Я промолчал - он расценил это как согласие.
     - А до девяноста?
     - Семьдесят! - хищно вклинилась зайка. - Семьдесят - и мы его берём.
     А не сделать ли маленький бизнес? Продать им этот убяр, а потом купить в другом ларьке точно такой же, но дешевле. Нет, мне нельзя отлучаться, я должен стеречь товар. И потом - как я продам им убяр, если не знаю, как он выглядит?
     Зайка, заметив мои колебания, решила меня дожать:
     - Пятьдесят. Там боковина поцарапана.
     - Ну... - протянул я, пытаясь вспомнить, у какой инопланетной штуки были поперечины и боковина.
     Котик воодушевился:
     - А давайте за двадцать пять? Нет, за двадцать.
     - Гм, - сказал я. Становится невыгодно.
     - А может, до десяти скинете?
     Я пожал плечами. Интересно, на чём они остановятся.
     - Пять, - прошептал котик, враз охрипнув от алчности.
     - Два - или мы уходим, - зайка подхватила его под руку и повлекла прочь.
     Ну наконец-то!
     Она обернулась и вопросительно на меня посмотрела.
     - Нет, - сказал я, - за эту цену я вам убяр не отдам.
     - Ладно, давайте за пять, - согласилась зайка. Ещё бы! Какой смысл идти на принцип из-за мелочи, когда есть возможность отхватить убяр в четыре раза лучше и в пять раз дешевле?
     - И за пять не отдам.
     - Значит, за десять? - встревожилась она.
     Я покачал головой.
     - Тогда за двадцать пять?
     - Гм, - сказал я. Какое смешное предложение!
     - Пятьдесят? Семьдесят? Семьдесят - и мы его берём.
     Я непреклонно молчал.
     - Сто! - взмолился котик. - У меня больше нет, смотрите!
     И он обнажил передо мной свой кошелёк. Фу! Так унижаться перед туземцем... Глаза б мои не видели. Я отвернулся и принялся поправлять и перекладывать артефакты.
     Какой из них убяр, я так и не понял. Зато вычислил кяголь - кувшин с железным кольцом, продетым сквозь носик. Таких нашлось пять штук, а среди прочих предметов я не встретил более двух одинаковых.
     - Мне нужна хурчатка. Пожалуйста...
     Я резко обернулся; подозрительный тип в залатанном балахоне отшатнулся от прилавка, прижимая руки к груди. Глаза жадные и тревожные, как у наркомана или у голодного пса.
     - Нету! - бросил я. - А ну проваливай.
     - Как же нету? - жалобно сказал он и, привстав на цыпочки, попытался заглянуть мне через плечо. - Она там! Мне бы посмотреть поближе...
     И он бочком, бочком стал протискиваться мимо прилавка в палатку. Ой, что-то мне это не нравится. Хотя... пусть уж лучше будет внутри, под присмотром. Я сделал приглашающий жест - и заблокировал выход своим телом.
     - Да, я только посмотрю... - бормотал юмянин, радостно и суетливо оглядываясь по сторонам. - Ведь не убудет, если я посмотрю... и чуть-чуть потрогаю...
     Он метнулся в угол, схватил фруктовницу и запустил пальцы в дырки, чуть не вывернув суставы. Благоговейно прошептал:
     - Хурчатка.
     А сам всё обшаривал взглядом палатку.
     - Можно ещё? Только мяльзу - и пойду. Можно?
     Почему бы нет? Пускай хоть всё тут перетрогает - зато буду знать, чем торгую.
     - На здоровье, - великодушно разрешил я.
     Туземец бережно поставил хурчатку, подбежал к базуке и потёрся о неё щекой. Лицо выражало муку и блаженство. Он закрыл глаза, замер - и кулём повалился на пол.
     - Эй! - закричал я. - Мы так не договаривались.
     Я бросился возле него на колени, схватил за плечи и яростно встряхнул.
     - Что за дурацкие шутки? Не надо меня разыгрывать! Эй, ну хватит, а? Слышишь, я тут не работаю, хозяин отошёл на пятнадцать минут... Да я вообще ничего не понимаю!
     Его голова моталась, словно из шеи вынули позвонки. Я в ужасе отпустил его, прижал ухо к груди. Сердце билось, дыхание прослушивалось. Уф!
     В палатке напротив толстая торговка распускала шарф и аккуратно сматывала нитку в клубок.
     - Помогите! Там человеку плохо!
     - Где там?
     - Да в моей палатке! Упал и лежит.
     - А чего же вы ждали? - сказала толстая Пенелопа и погрузилась в своё занятие.
     - По-вашему, это нормально, да?
     - Неприятно, - флегматично согласилась она. - Но лучше в палатке, чем рядом.
     - И что мне теперь делать?
     - Накройте его, и никто не увидит.
     Я нашёл в углу потёртый кусок материи и накинул на туземца. Кусок оказался короток, из-под него торчали сапоги. Лучше пусть сапоги, а не голова. Потом я сел за прилавок, включил компьютер и сделал вид, будто читаю. Проходите мимо, дорогие покупатели!
     Перед палаткой остановился землянин. Он переоделся в туземный балахон, но его выдавало лицо. Такое кислое и самодовольное, будто все кругом ему должны. Я уткнулся в экран. Он прокашлялся. Вежливо и ядовито произнёс:
     - Не могли бы вы уделить мне минуту вашего времени?
     - У меня перерыв, - буркнул я.
     - Вы рискуете упустить покупателя, - попенял он. - А ведь у вас много конкурентов, то есть ларьков, где торгуют сходным товаром. Я понятно выражаюсь? К слову, а что именно вы продаёте?
     Понятия не имею.
     - Орянские артефакты, - сказал я. И добавил, чтобы он отвязался: - Поддельные.
     - Что ж, по крайней мере, честно, - сказал он с удовлетворением. - Для вас не всё потеряно. Так и быть, я взгляну на ваш товар.
     И не успел я рта раскрыть, как он очутился внутри палатки. Прошёлся, потыкал пальцем, поцарапал ногтем, как дикарь. Его взгляд бесцельно перескакивал с одного незнакомого предмета на другой - и вдруг уткнулся в прикрытое тряпьём тело. У меня сердце ухнуло. А он оживился:
     - В какую цену сапоги?
     - Не продаются, - сказал я сквозь зубы.
     Он недовольно нахмурился и продолжил осмотр.
     - А почём это решето?
     - Это не решето, а хурчатка.
     Он поджал губы:
     - Знаете, почему ваша планета неспособна преодолеть экономическую отсталость? Рост экономики немыслим без торговли, а главный показатель эффективности торговли - это её оборот. То есть, чем больше продавать, тем больше прибыль, я понятно выражаюсь? Вот вы - вы хотите заработать побольше денег?
     - Ну... да.
     - Значит, вы должны стремиться больше продавать. Итак, вы хотите мне что-нибудь продать?
     И он уставился на меня с видом Сократа, ожидающего рождения истины.
     - Нет, не хочу, - сказал я.
     Он плюнул и зашагал прочь.
     - Постойте, - окликнул его я.
     "Вы правы, я хочу вам кое-что продать. Зюш. Да, вам нужен зюш. Только надо сбегать за ним на склад. Это недолго, какие-то пятнадцать минут. А вы присмотрите за палаткой, пока я не вернусь, ладно?"
     - Ну, что ещё? - сердито поторопил он.
     - Нет, ничего, - сказал я.
     И он ушёл, бормоча себе под нос, что пока такие как я торгуют на рынке, не видать этой планете экономического процветания.
     В воздухе пахло нагретой на солнце пылью. Тысячи голосов шелестели, как песок на ветру. Я уже не читал и не смотрел по сторонам, я опустил голову на сложенные руки и прикрыл глаза.
     - Эй, - кто-то дотронулся до моего плеча.
     Я поднял тяжёлую голову. Очередной юмянин.
     - Закрыто, - сказал я. - Ничего не продаётся.
     - Мне ничего не нужно. И у меня есть кое-что для вас.
     Я встрепенулся. Неужели хозяин моей лавчонки обо мне вспомнил? Сам не пришёл - ну хотя бы прислал подручного.
     - Вы принесли зюш?
     Он засмеялся:
     - Нет! Зачем вам зюш? Разве вам мало вашей коллекции? - он стрельнул глазами мне через плечо и тут же отвёл взгляд. - Продаю вещи с Земли, недорого.
     - Не интересует.
     - Недорого, честное слово!
     - Честное слово - не интересует.
     - Как можно! У вас тут столько орянских артефактов... - он понизил голос. - Нехорошо пренебрегать собственной безопасностью.
     Ах, ну понятно. Вот и мафия пожаловала. Лучше не спорить и откупиться.
     - Что вы предлагаете? - спросил я ровным тоном.
     - Купите одну землянскую вещицу и постоянно держите на виду. Этого достаточно, чтобы избежать неприятностей.
     Он распахнул балахон; на подкладку были нашиты карманы, карманчики и газыри, набитые разнообразными предметами: расчёсками, карандашами, консервными ножами, зубными щётками... Юмянин вытащил ножницы, вдел пальцы в кольца и пощёлкал в воздухе лезвиями.
     - Серьёзная штука, скажу вам, вроде хурчатки. Пятьдесят куней.
     - Это почему - вроде хурчатки? - изумился я. - Потому что с дырками?
     - Ну да, не очень похоже, - согласился он. Убрал ножницы, достал перчатку, надел на руку и медленно пошевелил пальцами. - Вот это ближе.
     Господи, а тут по какому принципу уподобление? Потому что в рифму, "хурчатка-перчатка"? Ладно, соберу побольше информации, и станет ясно.
     - А какой землянский предмет похож на мяльзу? - спросил я.
     Он продемонстрировал мне ложку. Понятно: они обе, ложка и мяльза, силуминовые. Я скептически улыбнулся:
     - Да ну?
     - Точно вам говорю! - он зажал ручку в кулаке и зачерпнул воображаемый суп. - Это штука для рта. Смотрите: ам-ам!
     - А есть что-нибудь вроде убяра?
     Он извлёк носовой платок, обстоятельно высморкался и протянул мне:
     - Берите. Сделаю скидку.
     - Спасибо, не надо. А как насчёт кяголя?
     Он достал горсть батареек, с сомнением перевёл взгляд на меня:
     - Слабовато будет. Нужно что-нибудь посильнее...
     - Вроде зюша? - предположил я.
     - О! Точно, вроде зюша.
     Он с видом фокусника вынул из кармана компьютер, положил передо мной и включил. Открыл браузер и стал щёлкать по баннерам, рекламирующим всё подряд - от наноэпилятора до престижного антиграва.
     - Ну как, впечатляет? Землянские вещи на все случаи жизни. Внутри этой штуки они не совсем настоящие, зато их много, очень много. Посмотрите и представьте, будто они ваши и вы их используете... Вот очки - надеваются на уши и на нос, и сквозь них смотрят глазами. А это прибор ночного видения, чтобы ночью ничего не видеть.
     Я фыркнул; туземец бросил на меня сердитый взгляд и продолжал:
     - Вот спортивный скафандр, принимает форму тела. Нет, не то. О! Ботинки, левый и правый, для обувания ног. Но сначала не забудьте брюки. Крем от загара "Белоснежка" - и ваша кожа станет белой.
     Мне надоело слушать эту чушь, и я выложил на прилавок свой собственный компьютер.
     - Что вы молчали? - рассердился юмянин. - Впредь держите эту штуку перед собой, ради вашего же блага!
     Обошлось. Выкрутился. На этот раз пронесло. Кстати, а как там мой болезный покупатель?
     Кожа посерела и пошла зелёными пятнами. Волосы, брови и ресницы выпали. Неестественно вывернутая рука лежала вверх ладонью, на которой вздулись бурые наросты. Я с опаской дотронулся до тела - оно было жёстким и холодным.
     - А вот и я! - раздался за моей спиной бодрый запыхавшийся голос. - Немного опоздал.
     Я подскочил, набросил на тело покрывало и приветливо оскалился:
     - Пустяки. Однако мне пора.
     - Постойте, а зюш? - торговец протянул мне маленькую картонную коробочку, в каких дарят безделушки. - Для вас - всего двадцать девять ланей. Нет, нет, не открывайте! - он замахал на меня руками. - Понимаю, вам не терпится, но... не здесь.
     Я сунул коробочку в карман и заплатил не торгуясь. В конце концов, справедливо: его тоже ожидает сюрприз.
     И всё же, отчего тот бедняга отбросил копыта? Какая-то местная болезнь? Я не боялся заразиться: сразу после посадки мне вкололи прививку от всех юмянских инфекций. Но необъяснимая тревога не отпускала меня, пока я возвращался в Ир. Где-то я видел что-то похожее... Но где?
     Уже в Ире, сидя в кресле в гостиничном номере, я изучал статьи о местных болезнях и вдруг вспомнил... Не там ищу. Я открыл отчёт первой экспедиции на Юмь и уставился на снимок аборигена - холоднокровного, покрытого жёстким панцирем, серым в зелёных пятнах. Ну вылитый мой покупатель.
     Ничего себе! Человек буквально у меня на глазах превратился в чужого. И как его угораздило? Поглазел на артефакты, потрогал мяльзу и хурчатку. Но я тоже смотрел и прикасался... Боже помоги мне! Я впился взглядом в свои руки. Уф. Руки, а не лапки. Встал перед зеркалом, задрал рубашку - никаких зелёных пятен. Орянские артефакты на меня не действуют.
     А почему действуют на них? Нет, ну как вообще можно превратиться из человека в чужого, потрогав какие-то штуковины? Мистика. Разве что... Разве что юмяне - не люди. Они принимают облик людей, пользуясь человеческими вещами, а потом превращаются обратно в чужих с помощью инопланетных артефактов. Например, надевают перчатку - и у них вырастает пять пальцев на руке, подносят к лицу ложку - и образуется рот. Они носят брюки, чтобы ходить на двух ногах, и ботинки, чтобы одна из них была правой, а другая левой. Зато спортивный скафандр, принимающий форму тела, для юмян бесполезен. Юмяне включают прибор ночного видения и утрачивают ночное зрение за ненадобностью. Они мажутся кремом от загара, и их кожа становится белой - в кои-то веки реклама не врёт.
     Способность менять форму сама по себе не удивительна. Мы тоже проделываем это в материнской утробе, если на то пошло. А лягушки и насекомые - несколько раз в течение жизни. Нет ничего необычного и в управляемой трансформации. Земные муравьи воздействуют на свои личинки феромонами или кормят их специальной пищей, чтобы вырастить особь определённой касты. А юмяне пользуются вещами, что практически то же самое. Просто муравьи передают информацию с помощью химических сигналов, а у юмян лучше развито зрение.
     Удивительно вот что. Число форм в пределах вида может быть велико, например, у земных муравьёв их бывает более десятка, но всегда конечно. Каждая из форм - это приспособление к определённым условиям, выработанное естественным отбором. Эволюция скупа в средствах; она еле сводит концы с концами и не откладывает на будущее. Как же могла возникнуть адаптация к любым, заранее неизвестным условиям? По-моему, эта способность столь же универсальна и неисчерпаема, как разум.

      

     И главное, зачем она существам, у которых есть техника? Один биологический вид мог развить либо то, либо другое. Или... на Юми обитали два разных вида? А ведь это многое объясняет. Артефакты и экзоскелеты, найденные археологами в Оряне, остались от первого вида - назовём его "орянцы". А те существа, которых мы приняли за потомков землян, относятся ко второму виду - назовём его "ирцы". Оба вида существовали на Юми в симбиозе и развивались параллельно. Орянцы создавали орудия труда, а ирцы их использовали. У орянцев возник разум, а у ирцев - аналог разума.
     Три тысячи лет назад орянцы вымерли. Ирцы скоро последовали бы за ними или одичали, но тут прилетели колонисты с Земли и вступили с ними в контакт. Или, как посмотреть, в симбиоз. Лазерные винтовки оказались эффективней против саблезубых тараканов, чем вибродвигатели. Орянские орудия были отвергнуты ради земных - а вместе с ними прежний облик.
     Спросите, зачем тогда ирцы покупают орянские вещи, если земные лучше? Ну, если они альтернативно разумны, то встречаются среди них, должно быть, альтернативные безумцы. Меня занесло в лавочку для чокнутых.
     Примерно вот так я изложил в своей статье - не в той, которую мы с академиком Беловым написали уже потом, а в самой первой, с которой всё началось, - и послал в "Вопросы ксенологии". А они знаете что ответили? Что моя гипотеза нелепа, потому что у меня нет ксенологического образования, не говоря уж о печатных работах по юмянской проблеме. Мол, не смешно ли: археологи двадцать лет копали не выкопали, светлые умы думали не додумались, опубликованы сотни статей и защищены десятки диссертаций, а тут пришёл человек посторонний, не имеющий научной репутации, и за две недели сделал открытие?
     А я разозлился и написал им, что в том-то и дело, что десятки диссертаций защищены и сотни статей опубликованы, и ещё сотни диссертаций защитят и тысячи статей опубликуют. С раскопками тоже всё ясно, стоит лишь посмотреть, кто их финансирует. Комитет по защите прав разумных. Они ведь не истину ищут, а свидетельства геноцида. Ну вот и будут искать, пока не кончатся деньги.
     Два дня и три ночи я сочинял эту филиппику, доводил до блеска, но в редакцию так и не отправил. Потом остыл ещё на градус и даже решил последовать их совету. Они просили меня не расстраиваться, мол, "Вестник ксенологии" - журнал для специалистов, распространяется исключительно по научным библиотекам, а тираж у него всего две с половиной тысячи. Не лучше ли мне будет попытать счастья в "Тайнах галактики"? Продаётся на каждом углу, и тираж почти триллион экземпляров.
     Действительно, почему бы нет? Взял я и послал статью в "Тайны галактики". А дальше вы знаете. Вышел номер, в нём моя статья, а на передовице - трёхмерная фотография зюша. Совсем не похоже на компьютер, но тоже сильная штука, как оказалось. По всей галактике люди и другие существа падали прямо на улицах и покрывались зелёными пятнами.
     Ненавижу, когда говорят, будто я раскрыл заговор. Нет никакого заговора. Юмяне не умеют планировать - они же альтернативно разумные. И неужто вы на полном серьёзе боитесь, что они займут ваше место? Отнимут вашу работу и заработают ваши деньги? Ну, если у вас такая работа, с которой может справиться юмянин, тогда оставьте её юмянину - и найдите себе дело, достойное Человека Разумного.
    
 

  


    Copyright © 2009, Леонид Шифман, Константин Бернштейн